JW Watch

JW Watch

Scrutiny. Transparency. Truth.

Latest:

JWawake.com

start-thinking
In June 2012, a jury in Oakland, California ordered Watchtower to pay $28 million for its role in the abuse of Candace Conti.*

In October 2014, a San Diego Superior Court judge ordered Watchtower to pay $13.5 million in punitive and compensatory damages for the abuse of Jose Lopez.

In June 2015, Watchtower was ordered to pay £275,000 to a victim of child abuse by the High Court in London.

*The amount and judgment were later reduced on appeal, with Watchtower still being required to pay $2.8 million in compensatory damages.

These are not isolated instances. They are not just the work of one or two rogue individuals. They are not persecution by Satan or the product of unjustified attacks by opposers. They are the result of specific, documented instructions issued to congregation elders by Watchtower on how child abuse should be handled.

This is a systemic problem, and sadly it will not be going away any time soon.

The reason why Candace Conti, Jose Lopez, and countless other children of Jehovah’s Witnesses have been let down is because the Governing Body views child sex abuse as a sin first-and-foremost, and only a crime by coincidence.

The “two witness rule,” according to which elders still operate today, means that they are to “leave matters in Jehovah’s hands” if an independent witness to an act of child molestation is not forthcoming. (see page 72 of the elders’ Shepherd manual, below)

child-sex-abuseWhen critics of Jehovah’s Witnesses talk about the organization “protecting” pedophiles, they do not mean that the organization’s literature condones or encourages child molestation. They are referring to the fact that Watchtower policies effectively conceal pedophiles and make it easier for them to operate due to the culture of secrecy and confidentiality that Watchtower insists upon.

In the following video, investigative reporter Trey Bundy explains some of the disturbing lengths Watchtower has gone to in order to keep the identity of child molesters secret.

All of this means that you have no way of knowing whether someone in your congregation is a child molester or not, because the Governing Body is more interested in protecting the reputation of the organization than protecting ordinary children.

All they need to do to change things, and safeguard against more child abuse cases in the future, is write a letter to elders telling them to report ALL accusations of child abuse to the authorities – but the Governing Body absolutely refuses to do this.

If you are a Jehovah’s Witness reading this, you need to ask yourself: How can this be Jehovah’s Organization if it continues to put children at risk despite these adverse court judgments? If Jehovah’s clean organization truly abhors child abuse and considers it a crime, why can’t it allow all accusations of child abuse to be reported in the same way as other crimes (such as theft and murder) are to be reported?

The makers of this web page urge you to consider waking up to the possibility that only by confronting these issues and saying “enough is enough” can we bring about change and safeguard children of Jehovah’s Witnesses from those who would do them unspeakable harm.

We invite you to start doing research using some of the online resources listed below. And please don’t be afraid! Remember that if a God of love and truth really exists, he would never resent someone for trying to uncover the facts.

JWfacts.com

JWsurvey.org

WatchtowerDocuments.com

21,547 thoughts on “JWawake.com”

  • Eddiebam
    August 12, 2025 at 9:54 am
    Permalink

    When Hussain AlMoosawi arrived home, he didn’t recognize anything.

    The Emirati photographer, who had spent eight years studying in Australia, returned to the United Arab Emirates (UAE) in 2013. He’d missed a real estate boom of dizzying proportions: not just new buildings, but new districts.
    tripscan top
    More than that, the buildings of his childhood were disappearing, replaced by shiny new skyscrapers.

    But for AlMoosawi, these international icons were not the urban fabric of his home: it was the oft-overlooked, mid-century office towers and residential blocks squeezed between new highways and overshadowed by luxury developments that felt most familiar.

    It sparked a desire to “understand the urban context of the UAE,” and AlMoosawi set out to meticulously document and capture these underappreciated buildings, “and reimagine the city as if it were the ‘80s, the time when I was born.”
    https://tripscan36.org
    tripscan войти
    Initially focusing on industrial landscapes, temporary structures and air conditioning units, he began to notice symmetry in many of the buildings he was photographing, inspiring his current project: facades.

    “Facades are like a face,” said AlMoosawi. “It’s something that people connect with.”

    His bold, geometric images strip away context to spotlight the character and diversity of everyday buildings. Using a telephoto lens to shoot close-ups from the ground or elevated positions, AlMoosawi carefully frames out distractions and sometimes removes minor obstructions like lampposts in post-processing.

    So far, the 41-year-old, who is editor-in-chief for National Geographic AlArabiya Magazine, has photographed over 600 building?s across the UAE, and next year hopes to complete his collection in Abu Dhabi, where he lives.

    In the long term, he hopes to turn the “lifetime project” into an interactive archive that both preserves urban heritage and invites viewers to rediscover their own city.

    “Our cities aren’t big, in terms of scale, compared to many other cities,” said AlMoosawi. “But then they have a story to tell, they have things between the lines that we don’t see, and my quest is to see these things.”

    Reply
  • AdrianLep
    August 12, 2025 at 10:45 am
    Permalink

    «Бест Вей» и инвалиды После разблокировки кооператив сможет вновь помогать слабослышащим и другим недужным Работающий с 2014 года потребительский кооператив «Бест Вей» — один из крупнейших в России в сфере недвижимости, насчитывающий около 15 тыс. пайщиков в регионах страны — по-прежнему находится в центре разбирательства, связываемого с иностранной инвестиционной компанией «Гермес». В 2021 году в офисе кооператива прошла серия обысков, были арестованы связанные с ним специалисты. Одновременно началась почти непрерывная череда арестов имущества и счетов «Бест Вей», а следствие ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области объявило кооператив аффилированной с «Гермесом» организацией и признало его гражданским ответчиком по уголовному делу. С осени 2024 года кооператив с санкции суда частично восстановил проведение финансовых операций. «Свободная Пресса» продолжает освещение ситуации вокруг кооператива «Бест Вей».На фото: Валентина Зайченко (Фото: предоставлено Кооперативом “Бест Вей”) Валентина Зайченко рассказывает, что вступила в кооператив в 2016 году, вступил также и ее сын. «Сын стал пайщиком в 2018 году. Он получил зарплату за сезон, у него хватило на вступительный и осталась сумма для внесения паевых. Мы вступили в накопительную программу — накапливали 35%, сразу внести для нас было тяжело. Сын внес паевые в 2018 году в декабре. В 2020 году вышел на 35%, встал в очередь. Был уже подобран объект недвижимости, отправлен на согласование — и арестовали счета кооператива. Мои средства по накопительной программе также оказались заморожены». «Бест Вей» — программа шикарная, очень удобная — говорит она, — особенно если сравнивать с ипотекой — какой должен быть первоначальный взнос, какой процент нужно заплатить по ипотечной программе и какие условия в кооперативе”. Валентина говорит: «Ждем не дождемся, когда кооператив снова сможет приобретать квартиры по мере разблокирования его счетов». Жизнь наладилась благодаря кооперативуНа фото: Александра Смоляр (Фото: предоставлено Кооперативом “Бест Вей”) Александра Смоляр из Хабаровска — инвалид по слуху, жила в коммуналке. В 2018 году она смогла продать 24-метровую комнату в коммунальной квартире и с полученной суммы смогла сразу внести первоначальный взнос 35% от стоимости желаемой двухкомнатной квартиры. Меньше года стояла в очереди — и в 2019 году приобрела двухкомнатную квартиру с помощью кооператива — 44 кв м. Александра в том же году вышла замуж, родила сына. Сейчас она расплачивается за эту квартиру с кооперативом. Очень боится, что события вокруг кооператива могут поставить под сомнение ее право собственности — но кооператив постепенно восстанавливает свою работу, что внушает Александре уверенность в завтрашнем дне. Квартира перешла в собственность Эдуард Трифонов, также хабаровчанин, — инвалид по слуху, причем у него, как у многих неслышащих, нет официальной работы, пенсия 13−15 тыс. рублей в месяц. У него была квартира в городском поселении Вяземский Вяземского района Хабаровского края. В 2018 году он вступил в кооператив, внеся 35% с продажи квартиры в Вяземском. В 2020 году ему кооперативом была приобретена однокомнатная квартира. Причем он полностью за нее рассчитался с кооперативом — квартира перешла в его собственность. Купить квартиру до блокировки счетов не удалось Елена Захарова из Хабаровска работает уборщицей, пенсию свою по инвалидности со счета не снимала — копила. Она внесла всю эту пенсию, плюс материнский капитал в «Бест Вей». Вступила в кооператив в 2019 году, постепенно накопила на первоначальный взнос. При этом приобрести квартиру не успела — счета заблокировали. Очень надеется, что кооператив в ближайшее время возобновит покупку квартир. Покупка квартиры в центре оказалась отсрочена Хабаровчанка Надежда Кравченко также вступила в кооператив в марте 2019 года, стояла в накопительной программе, внесла материнский капитал. Предполагала купить квартиру побольше — в центре Хабаровска, так как у нее родился сын и она хотела создать условия, чтобы ребенку удобно было ходить в школу в центре. А ребенок — слышащий. Она сказала: «Я этому ребенку ничего не смогу дать сама. Мне надо покупать квартиру в центре, чтобы он мог ходить в кружки, на дополнительные занятия». Но покупка не состоялась. Надежда не теряет надежду, что кооператив в ближайшее время возобновит приобретение квартир. Вариант с ипотекой не устроил Максим Желудков из Хабаровска вступил в кооператив в апреле 2018 года, и приобрести квартиру пока не удалось. Он с семьей ютится в комнатушке, сын уже взрослый, 18 лет исполнилось, дочка в первый класс пошла. В кооперативе стояли в накопительной программе, внесли материнский капитал — и покупка квартиры сорвалась. Документы по объекту недвижимости в начале 2022 года отправили на согласование — но кооператив из-за блокировки счетов прекратил приобретать квартиры. Пробовали взять ипотеку в 2023 году, но, когда увидели платежи, жене пайщика стало плохо. Она работающая, получает 31 тыс. рублей в месяц, а платеж по ипотеке оказался 86 тыс. в месяц. Очень ждут, когда появится возможность приобрести квартиру с помощью кооператива. Дом для многодетной семьи Лилия Ахметова из Набережных Челнов, у которой инвалиды в семье, вступила в кооператив в 2017 году и в том же году приобрела однокомнатную квартиру для мамы. «Параллельно в моей семье возникла необходимость покупки недвижимости, – рассказывает она. – У нас была трехкомнатная квартира, но у нас трое детей, причем дочка с инвалидностью: у нее аутизм и ДЦП. Нам надо было расширяться, и мы стали искать варианты для себя. При этом сначала муж вариант с приобретением квартиры с помощью кооператива не рассматривал». Искали вариант покупки дома, подчеркивает Лилия. «Нашли дом в черте города за 10 млн. Получили одобрение на ипотеку — но оформление дома затягивалось. Мы продали квартиру и дачу, чтобы внести первоначальный взнос, но оформление этого только построенного дома со стороны продавцов затянулось, и одобрение ипотеки закончилось. А нового нам не дали — повторно ипотеку банк не оформил! И тогда муж предложил попробовать приобрести этот дом с помощью кооператива, благо средства на первоначальный внос у нас были. Мы внесли 50% от стоимости дома, встали в очередь. И через несколько месяцев представили объект на одобрение кооператива. Был очень жесткий контроль и оценка со стороны кооператива — но мы его прошли, так как дом был новый. Причем это был последний дом, на который дал согласие кооператив: позднее дома из устава кооператива убрали. Дальше потребовалась нотариально оформленная сделка, а не сделка с помощью МФЦ, так как продавцы — двое супругов-пенсионеров. Однако мы все препятствия прошли, и дом был приобретен кооперативом». У мамы, рассказывает Лилия, случился инсульт: «Ее пришлось перевезти к нам в дом, теперь на моем попечении два инвалида. Дочке сделали операцию на спине, и в доме понадобилось реабилитационное оборудование — которое не могло бы вместиться в квартиру. Дочка 18+, и ей понадобилось оформить опеку — но у социальных органов не возникло вопросов к тому, что мы живем в кооперативном доме». Мамину квартиру, рассказывает Лилия, уже оформили в собственность — полностью расплатились с кооперативом. По дому расплатиться еще предстоит. «Покупка дома с помощью кооператива — для нас это был безальтернативный вариант, — рассказывает Лилия. — В кооператив по рассрочке нужно вернуть 5 млн за 10 лет, плюс небольшие членские взносы, большую часть мы уже вернули. А по ипотеке нужно было бы вернуть банку 15 млн!» «Мы очень довольны кооперативом, — подчеркивает Лилия Ахметова. — Я восхищена порядочностью и продуманностью системы работы кооператива. Удобная система платежей — кооператив создавал уникальные возможности для приобретения недвижимости! Верю, что его работа будет восстановлена, закон на нашей стороне. Если бы была возможность, я бы старшему ребенку, который учится в другом городе, также приобрела квартиру с помощью кооператива».  
    Елена Захарова

    Reply
  • Roberttug
    August 12, 2025 at 5:29 pm
    Permalink

    Этот пост — отличный пример того, как можно без лишних усилий улучшать жильё. Мне помогли легкие советы по ремонту, которые недавно опробовал, и они хорошо подошли к вашим рекомендациям.

    Reply

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *